Несостоявшийся приговор

 
Пакистанский маньяк Джавед Икбал прославился не только жестокостью преступлений и огромным числом жертв, но и признанием судьи, вынесшего приговор, в том, что имеющихся в уголовном кодексе мер наказания мало, чтобы отомстить преступнику за все его злодеяния.
 
Эта криминальная история произошла в Лахоре, втором по размеру городе Пакистана. Утром 12 декабря 1999 года дежурный офицер полицейского управления начал просматривать доставленную почту. Вскрыв один из конвертов, он прочитал послание и оторопел. Нет, такое мог написать только циничный шутник или психически больной. Надо же, признаться
в убийстве ста мальчиков! Однако служба есть служба, и офицер щелкнул кнопкой селектора, вызывая отдел расследования особо тяжких преступлений. А еще через пять минут в помещение дежурной части ворвался инспектор Мустафа Реджи. Схватив листок, он начал читать вслух. «Я, Джавед Икбал, убил 100 детей. Я ненавижу этот мир, мне не стыдно за содеянное, и я готов умереть. Перед убийством я насиловал детей. Все подробности содержатся в дневнике и 32–страничной тетради, которые лежат в комнате и копии которых отправлены властям. Это мое признание. Теперь я намерен свести счеты с жизнью и надеюсь, что веды Рави примут мое грешное тело, а милосердный Аллах пошлет мне прощение».
 

 

Икбал послал письмо полиции и в местную Лахорскую газету, в котором признавался в убийствах 100 детей, в возрасте от 5 до 17 лет. В письме он утверждал, что пытал, душил и расчленял своих жертв, беглецов и сирот, живущих на улицах Лахора — и варил останки жертв в бочке с соляной кислотой, и те останки которые не удавалось уничтожить он сбрасывал в реку. В его доме полиция и репортёры нашли окровавленную цепь, полы и стены были в крови. Обнаружили фотографии многих его жертв в полиэтиленовых пакетах. Две бочки кислоты с частично изуродованными останками жертв были также замечены полицией. Обнаружили его дневник с описаниями убийств, Икбал утверждал, что «от тел в доме специально не избавлялся, чтобы власти нашли их».
 
Также в письме Икбал написал что собирается утопиться в реке, полицейские тщательно прочесали реку, но труп Джаведа не нашли, и тогда на него начали самую большую в истории Пакистана охоту. Практически сразу арестовывают четырёх подростков которые помогали Икбалу, и жили в его доме. Через три дня один из них выпрыгнул из окна в полицейском кабинете, вскрытие показало что против него применяли силу.
 

 
Икбал был арестован 30 декабря 1999. Он заявил, что сдался полиции, потому что боялся за свою жизнь и был обеспокоен, что полиция убьёт его.
 
Он утверждал в суде, что был невинен и что всё дело было тщательно продуманным обманом, чтобы привлечь внимание к тяжёлому положению беглых детей от бедных семей. Он утверждал, что его заявление в полиции было дано под пытками. Более ста свидетелей обвиняли Икбала и его сообщников.
 
Икбал был приговорён к смертной казни через повешение. Судья вынес приговор, говоря, что он будет повешен, расчленён на сто кусков, и сварен в кислоте, точно так как он убивал своих жертв.
 
Приговору не суждено было состояться.
 
Утром 8 октября 2001, Икбал и его сообщник Саджид Ахмад совершили самоубийство в тюрьме Лахор, выпив яд.