В далёком 1983 году молодой режиссёр Фрэнк Дарабонт, тогда ещё никому не известный, обратился к Стивену Кингу с идеей снять кино⁠⁠

 
За символический один доллар он получил права на экранизацию рассказа «Женщина в палате» — так началась программа Кинга «Dollar Baby», которая предоставила начинающим кинематографистам возможность легально работать с его текстами. За эти годы по этой схеме было снято более 200 фильмов, но история Дарабонта оказалась особенной.

 
Четыре года спустя, в 1987-м, Фрэнк снова обратился к Королю ужасов. На этот раз он заплатил уже 5 тысяч долларов за права на повесть «Рита Хейворт и спасение из Шоушенка» — сумму, которая по меркам Голливуда была смехотворной. Кинг согласился, поверив в талант парня, который тогда снимал в основном эпизоды сериала «Байки из склепа».
 

 
Фильм вышел в 1994 году и провалился в прокате, собрав всего 28 миллионов долларов при бюджете в 25 миллионов. Однако судьба распорядилась иначе: благодаря видеопрокату и телепоказам лента стала культовой. Критики называли её «лучшим фильмом всех времён», а зрители десятилетиями пересматривали историю Энди Дюфрейна.
 

 
И тут произошло неожиданное: Стивен Кинг, обычно скупой на похвалы, был настолько потрясён работой Дарабонта, что вернул ему чек на 5 тысяч долларов. Он не просто отправил деньги обратно, а вложил их в рамку с трогательной надписью: «На случай, если когда-нибудь понадобятся деньги под залог. С любовью, Стив». Этот чек до сих пор висит в кабинете Дарабонта — как напоминание о том, что настоящее искусство рождается из взаимного уважения.
 

 
Сегодня «Побег из Шоушенка» занимает первое место в рейтинге IMDb, его цитируют, им вдохновляются, а в тюрьме Мэнсфилд, где снимали фильм, до сих пор водят экскурсии. Но главное — это история о том, как великий писатель разглядел гений в начинающем режиссёре и подарил миру шедевр, который учит нас надежде даже за бетонными стенами.
 

 
P.S. Дарабонт позже снял по Кингу ещё два фильма: «Зелёную милю» (1999), собравшую в прокате 290 миллионов, и «Мгла» (2007). Но тот самый чек в рамке остался его самым ценным трофеем.