СЕСОТ: как выглядит самая суровая сальвадорская тюрьма, откуда нет возврата

Сейчас Сальвадор считается одним из самых спокойных мест в мире, количество убийств на душу населения там даже меньше, чем в Канаде. Но так было не всегда. В 2015 году страна была на первом месте по убийствам на планете. Последствия гражданской войны и вседозволенность уличных банд, особенно печально известных Barrio 18 и МS-13, превратило улицы сальвадорских городов в зону непрекращающегося насилия. Однако, в 2022 году все изменилось.
 

С 25 по 27 марта 2022 года банды совершили беспрецедентное даже для этой страны количество убийств — за три дня погибли 87 человек. Правительство Сальвадора, возглавляемое президентом Наибом Букеле, ответило введением чрезвычайного положения и массовыми арестами.
 
За семь месяцев полиция арестовала 55 тысяч человек, подозреваемых в принадлежности к бандам. Властям было несложно их определять — большинство особо отъявленных гангстеров разрисованы татуировками, в том числе и на лице.
 

 
После такого эффективного очищения улиц возникла проблема — заключенных нужно было куда-то девать. Так и появился знаменитый Центр содержания террористов (Centro de Confinamiento del Terrorismo) или СЕСОТ.
 
Потратив более ста миллионов долларов, правительство Сальвадора отгрохало самую большую тюрьму в Латинской Америке. В отдаленной области страны, недалеко от вулкана Сан-Висенте в районе Теколука, теперь расположено упреждение территорией в 23 гектара (примерно 8 футбольных полей). Область в 140 гектаров вокруг него контролируется правительством и на расстоянии километра там не работает интернет и мобильная связь.
 
Вся зона обнесена девятиметровой бетонной стеной, на которой повешена трехметровая колючая проволока под напряжением. А перед преградой рассыпан гравий — для того, чтобы были слышны шаги приближающихся.
 

 

 
Девятнадцать башен контролируют всю территорию, которая столь огромна, что для перемещения по ней используется специальный автобус. Помимо камер, зону охраняют 600 солдат и 250 полицейских. Они вооружены как для подавления бунта (полной пластиковой броней и щитами), так и для настоящих боестолкновений. В оружейной есть дробовики и штурмовые винтовки (аналог американских М-16).
 

 
Помимо общей стены, каждый из восьми отдельных модулей защищает собственная, немного ниже и тоже с башнями.
 
В апреле 2025 года директор тюрьмы Белармино Гарсия заявил, что количество заключенных приближается к максимальной вместимости в 40 тысяч, а президент Наиб Букеле — что собирается увеличить вместимость СЕСОТ еще в два раза.
 
Сейчас заключенные живут в камерах, рассчитанных на восемьдесят человек, с четырехъярусными кроватями, двумя открытыми туалетами и небольшой емкостью для умывания, в которой есть только один пластмассовый таз. Воду они пьют из бочки, стоящей в той же камере. Из личных вещей у них есть кроксы, шорты, футболка, простыня и полотенце.
 

 

 

 
Камеры просматриваются спереди и сверху, в них 24 часа работает искусственное освещение. Спать приходится, закрыв голову полотенцем. Еду передают в одноразовой посуде без столовых приборов через решетки три раза в день. Кормят рисом, фасолью, лепешками, иногда макаронами. Никаких животных белков вообще.
 
Все заключенные остаются в камерах постоянно, выходить можно только на полчаса в неделю на тренировки с собственным весом и чтения Библии. Суд и общение с адвокатами происходит через интернет (видимо, отдельный кабель) в специальной комнате. Никакие посещения родственниками или кем бы то ни было не разрешены.
 
https://vk.com/video-115464750_456244279?ref_domain=disgustingmen.com
 
Все, кто попадает в СЕСОТ уже не надеются выйти на волю. Практически каждый из содержащихся там бандитов имеет чудовищный послужной список из убийств, грабежей, похищений людей и прочих элементов криминальной жизни. Неизвестно, чем закончится эта история с самой большой тюрьмой в Латинской Америке, но определенно можно сказать — глядя в пустые глаза на разрисованных лицах, видишь лишь отчаяние и тоску. Бывшие короли улиц в одночасье превратились в максимально униженных заключенных в тюрьме, из которой нет возврата.