Нокдаун

 
Когда в нашей школьной секции бокса (а я тогда учился в 8–ом классе) сказали про первые типа соревнования, у меня сразу упало настроение. В школьной секции я уже знал всех, и страха перед ними не было. Но на соревнованиях будут же незнакомые (думал я), и я откровенно вечером очковал.
 
Утром на стадионе им. Гастелло (Уфа) была туча пацанов. Не знаю, как другие, а меня трясло.
(кстате, меня до сих пор трясет перед чем–то решительным).
 
А соперником оказался парень из нашей секции. Крепкий парень по имени Артур, он прекрасно играл на гитаре.
А на гитарах хорошо играют, к вашему сведению, только крепкие пацаны, слабаки на гитарах хорошо играть по определению не могут. Это все равно, как ездить на лошади: слабые люди конем управлять не могут.
Вот и с гитарой то же самое: слабак играть на гитаре не может.
Артур играл на гитаре великолепно.
 
И вот, выходим на ринг.
Секунданты — старшеклассы, общие для всех, что–то бормочут в ухо. Но я не слышу.
Выскакиваем. Артур дубасит меня, я ему отвечаю. Техника, постановка — все ни о чем. Просто драка.
Первый раунд прошел позорно, я молотил, куда не вижу, и получал, откуда не видел.
Между раундами моя морда перестала что–либо чувствовать, о чем я и поделился с секундантом.
Он меня обнадежил, что так и должно быть. И посоветовал продолжать в таком же стиле.
 
На второй раунд я выскочил, уверенным, что все идет нормально, и
также оптимистично махал перчатками, за что и получал ответку от Артура.
Сколько там было минут этого убожества, пролетели они мгновенно.
 
Не знаю, почему, но победу отдали мне.
До сих думаю, и уверен, это была судейская ошибка. Так не должно было быть. Артур явно бил меня больше, чем я его. По крайней мере, мне так казалось.
Но с судьями не спорят. Мою руку рефери поднял вверх.
 
А с Артуром я теперь знаком уже долгие годы, уже десятилетия. Можно даже сказать, он для меня старый друг–знакомый. Даже вместе бухали потом.
В последние годы он сильно сдал. Когда вижу его возле рюмочной, всегда угощаю его, и все время ему говорю: брат, хватит бухать, помнишь, как ты мне на спарринге морду набил?
Но Артур пьет принесенное мной пиво, слушает, болтает о чем–то. Но не слышит меня.
Похоже, он окончательно ушел в нокдаун.
А гитары у него дома я больше не видел.