Марина

- Просто трудный возраст, смятая постель..
 
Толстуха Марина первый раз в жизни обосралась. Причем во сне, причем в собственную постель. Как назло, ещё и в пижаме.
Все штаны были перемазаны в почерневшем за ночь дерьме, а на лице высыпала горсть свежих прыщей.
 
- Блядство! - тихо выматерилась Марина, открыла окно и пошла в ванную их засранной коммуналки на сорок семей. Слава богу, население барака ещё спало после вчерашней субботней попойки. К своему великому стыду, Марина обосралась именно из-за того, что сильно нажралась и ничего не помнила. Смутные образы, мелькавшие в раскалывающейся башке ехидно намекали на то, что она у кого-то сосала. Так как парня у неё нет и не было - сосала явно не любимому, а от этого хотелось блевать сильнее чем от похмелья.
Марина заперлась в ванной, сняла отвисшие на жопе пижамные штаны, полные гавна, и закинула их в ванну. Полотенцем сестры принялась вытирать жопу. И тут в дверь начали усердно стучать.
 
- Маринка, ты там что ли? Давай быстрее, у меня понос!
 
"О боже, эта сука Наташка-соседка!" - от злости у Маринки загорелись уши.
 
- Маринка, это ты полюбасу, я видела тебя в коридоре!
Чем это у тебя воняет?
 
"Сука, провались ты в ад" - цедила сквозь зубы Марина, оттирая жопу и одновременно наполняя ванну водой, чтобы отстирать штаны. Внезапно кран начал стучать, потом вместо горячей пошла ледяная, а вскоре и ржавая вода.
 
Ко всему прочему, неуклюже поворачиваясь в тесной ванной комнатке, Маринка задела жопой пластиковую китайскую этажерку, с которой упали банки и тюбики с зубной пастой, принадлежащие жильцам всего коридора. Неизвестно что здесь делала стеклянная литровая банка с мелочью, но она тоже упала и со звоном разбилась, усыпав старый кафель острыми кусками стекла. Маринка была босиком, поэтому свободу передвижения пришлось ограничить до узкого пятачка в углу. Веник тоже, падла, отсутствовал.
 
- Маринка, ты че там громишь? С тобой всё нормально?
"Вот сука крашеная" - зубы Маринки скрипели как резина по стеклу. Наташка, в отличие от неё была худенькая и смазливая, все мужики на неё пялились, а при виде Маринки лишь с отвращением сплевывали на пол. В общем, поводов для злости хватало.
 
- Ты че, наконец решилась с собой покончить?
"Не дождешься блядина"
 
Кран постучал-постучал да и затих. Вода в нем закончилась. Четверть ванны успела наполниться ледяной ржавой водой, над которой, словно коричневый айсберг, выступал мешок скомканных и обосранных штанов. Пробираясь к ним, Маринка оступилась и порезала вены на ногах прямо под пальцами. Кровь хлынула струёй. Нет, струями, порезов то было много.
 
- АаАА!!! - взвыла Маринка больше от отчаяния, чем от боли и попыталась сесть толстой жопой на краешек ванны, но не удержалась и упала рыхлой спиной в воду.
 
- Маринка, сука, открывай! Чё там у тебя?
 
- Отъебись! То есть все хорошо, отвали! - проорала Маринка, руками сжимая порезаные пальцы на ногах. Вонючие штаны как назло, были рядом с лицом и тыкались коричневым пластилином в щеку.
 
- Да не отвалю, я же сказала срать хочу! Открывай!
- Туалет в соседней комнате! То есть другая дверь блядь! - внезапно сообразила Маринка - туда иди!!!
 
- Аа.. точно!
Наташку было не понять - то ли она издевалась, то ли действительно так тупила поутру.
 
"Блядь ёбаный врот" - в прыщавой голове Маринки мысли носились как тараканы, но среди них не было ни одной конструктивной.
 
Вылезши из ванной, она снова встала на пол, забыв что он в стеклах и порезала пятки.
 
- Ай, блядь, да что такое!
На этот раз она завалилась на китайскую этажерку и полностью сломала её своим массивным девичьим телом. Тут дали воду, кран запердел и застучал. Снова хлынули ржавые помои..
 
***
 
Перемотав ноги тряпками и собрав стекло в кучу, Маринка немного успокоилась. Вода уже пошла относительно чистая и теплая, кровь из ног почти не лилась. Вот только ноги были подозрительно белые, но черт с ними. Она начала чистить зубы папиной щеткой. Усердно натирая десны, толстуха не заметила что ручка надломлена, а та, в свою очередь, не замедлила окончательно переломиться. Острый край вошел к ней в десну, под верхние коренные зубы и она снова взвыла от боли.
 
- К ёбаной матери!!
Маринка схватила папины бритвы, залезла в полную растворившегося дерьма ванну и принялась резать вены. Но бритвы Спутник были созданы для раздирания ебла на куски, а не для того, чтобы ими что-нибудь разрезали всякие дуры. Поэтому ржавые советские пластинки сделали единственное полезное дело в своей жизни - не дали Маринке спокойно сдохнуть. Она переломала все бритвы, ободрала волосы на руках - а у неё были очень волосатые руки, как у цирковой обезьяны - и кусок бритвы загнала себе под ногти.
 
Наконец дверь выломал дядя Коля. Не для того, чтобы кого-то спасать, а просто потому что бухой вафёл хотел срать и тоже почему-то решил что здесь находится туалет. Маринке пришлось собрать манатки и валить обратно в комнату.
 
***
 
За окном светило солнце. Весна, грязный снег под окнами, усыпанный бычками и шприцами со свернувшимся на майском солнце контролем - тает и оседает. На Маринку без отвращения посмотрел сосед, когда она на общей кухне варила себе пожрать. Однако, при попытке вскрыть вены, от дерьма пошло заражение токсоплазмозом и через пару дней она издохла.
 
Так закончилась серая жизнь незаметной толстой мыши, присутствие которой в этом мире отмечалось лишь регулярно забивающимся унитазом.
 
Аминь.
 
© Дикс