Приседания⁠⁠

В те времена, когда трава была зеленее, а женщины красивее, отец, видя мое жирное тельце, выписал мне лечебных пиздов и отправил в местную качалку под надзор своего знакомого тренера. Хотя в конечном итоге план отца провалился чуть больше чем полностью, жирным я быть не перестал, работа с железом мне понравилась, и я стал ходить туда уже по своей воле и без надзора.
 
В эту же качалку периодически ходил дед, который любил две вещи: тяжёлую атлетику и подходить к парням, делающим присед со штангой, сильно шлёпать их по жопе и делать замечания по поводу техники. Когда я впервые встретил этого деда, я уже имел полуторагодовой опыт тренировок с железом, но всё равно каждый раз во время приседа моя напряженная жопа становилась целью его старых мозолистых рук, а техника подвергалась, справедливости ради, всегда справедливой критике. Спустя время моя гордость начинающего культуриста взяла вверх, и я уговорил отца выделить мне денег на персональные тренировки. Два месяца под строгим контролем я оттачивал свое мастерство приседания со штангой. Я по двадцать минут мог стоять в полуприседе перед зеркалом, запоминая правильные движения и постановку ног. Наконец, мой тренер сказал, что моя техника доведена до совершенства и ему больше нечему меня учить.
Вернувшись в качалку, я увидел того деда, отдыхающего между подходами, и сразу устремился к снарядам. Вогрузив штангу себе на плечи, я заметил, что дед даже не пытается скрыть свой взгляд и пристально наблюдает за мной. Расставив ноги и приняв стойку, я глубоко вздохнул и присел. Поднявшись, я незаметно посмотрел на деда, который, не скрывая своего интереса, медленно приближался ко мне. Я успел присесть еще два раза, прежде чем он подошел. Наступила пауза: я стоял со штангой на плечах, тяжело дыша, жопа сжалась в ожидании обидного шлепка, а в голове крутилась обида за те два месяца тяжелых тренировок. Я ждал очередного унижения, но дед бездействовал. Он остановился немного поодаль от площадки для приседа и наблюдал, неспешно теребя левой рукой перекинутое через плечо полотенце. Я удивился, но виду не подал и присел еще раз. Поднявшись, я снова бросил взгляд на деда и, убедившись в том, что он стоит на том же месте, начал приседать непрерывно. Закончив подход, я поставил штангу на упоры и облокотился руками на гриф. Я был счастлив: моя техника и жопа остались нетронутыми. В тот момент я даже забыл о деде и просто радовался своей маленькой победе.
 
И вдруг услышал: "Молодец, даже прикопаться не к чему".
 
И тяжелая мозолистая рука с характерным шлепком прошлась по моему левому полужопию.
 
Сука...