Рай в шалаше⁠⁠

Когда Дима вручил ей ключи от своей квартиры, Ева поняла: Бастилия взята. Ни один Ди Каприо так не ждал Оскар, как Ева ждала своего Адама (пусть даже и Диму), к тому же с собственным шалашом. Отчаявшаяся, тридцатипятилетняя, она все чаще бросала сочувственные взгляды в сторону уличных котов и на витрины «Всё для рукоделия». А тут он — одинокий, потративший молодость на карьеру, правильное питание, спортзал и прочую чушь вроде поисков себя в этом мире, и к тому же бездетный. Ева загадывала этот подарок с двадцати лет, и до этого тормоза — деда Мороза — видимо, наконец дошло, что она не шутила.
 
— У меня последняя в этом году командировка, и я весь твой, — сказал Дима, вручая заветную отмычку от своего оазиса. — Только не пугайся моей берлоги. Я обычно прихожу домой исключительно ради спячки, — сказал он и, оседлав «Боинг», улетел в другой часовой пояс на все выходные.
Ева взяла зубную щетку, крем, спонжики и поехала смотреть, что же там за берлога. Проблемы обнаружились уже на входе. Дима сразу предупредил, что замок иногда заедает, но Ева не думала, что настолько. Она брала дверь штурмом сорок минут: толкала, тянула на себя, вставляла ключ до упора, вежливо заходила на ползубчика, но эта ревнивая зараза явно не хотела раскрываться перед новым жильцом. Ева начала давить психологически, как учили когда-то в школьные годы одноклассники за гаражами. На шум открылась соседская дверь.
 
— Вы почему в чужую квартиру ломитесь? — спросил обеспокоенный женский голос.
 
— Я не ломлюсь, у меня ключи есть, — бросила в ответ обозленная Ева, вытирая пот со лба.
 
— А вы, собственно, кто? Я вас раньше не видела, — продолжала лезть не в свое дело соседка.
 
— Я его девушка! — с вызовом заявила Ева, повернувшись и уперев руки в бока, но увидела только щелку, через которую с ней вели переговоры.
 
— Вы-ы-ы? — искренне удивилась женщина.
 
— Да, я. Какие-то проблемы?
 
— Да нет, никаких. Просто он никогда сюда не водил никого (в этот момент Ева еще больше полюбила Диму), а тут сразу такая…
 
— Какая это такая? — не поняла Ева.
 
— Вы знаете, это не мое дело. Простите, — закрыла дверь соседка.
 
Понимая, что либо она, либо ее, Ева сунула ключ до упора и так на него надавила со всем своим желанием войти в этот шалаш, что чуть не провернула весь косяк по кругу. Дверь открылась.
 
Весь внутренний мир Димы буквально предстал перед девушкой, и душа ее покрылась инеем. Конечно, одинокому молодому человеку свойственен некоторый аскетизм, но это была настоящая келья.
 
— Бедняжка, твое сердце давно забыло, а может, никогда и не знало, что такое уют, — сорвалось с губ Евы, когда она осматривала скромное жилье, где ей предстояло отныне часто бывать.
 
С другой стороны, она была рада. Соседка не обманула: женская рука явно никогда не касалась этих стен, этого пола, этой кухни и этих серых окон. Ева здесь первая.
 
Не в силах терпеть, девушка обулась и выбежала в ближайший магазин за красивой шторкой и ковриком для ванной, а заодно за прихваточками и полотенчиками для кухни. Разумеется, в магазине на нее накатило… К коврику и шторке присоединились ароматизаторы, мыло ручной работы, а еще удобные контейнеры для косметики.
 
«Добавить такие мелочи в чужую квартиру — это совсем не наглость», — успокаивала себя Ева, прицепляя к первой тележке с товарами вторую.
 
Замок Еве больше не сопротивлялся. На самом деле он вообще больше не выполнял своей функции и напоминал хоккейного вратаря, который забыл надеть маску перед матчем. Понимая, что натворила дел, Ева при помощи кухонных ножей полночи выкручивала старый замок, а утром помчалась в магазин за новым. Ножи, разумеется, тоже нужно было менять. А еще — вилки, ложки, скатерть, разделочные доски и подставки под горячее. Ну а там и до занавесок рукой подать.
 
В воскресенье в обед позвонил Дима и сказал, что ему нужно задержаться в командировке еще на пару дней.
 
— Я буду только рад, если ты привнесешь в мою квартиру немножко тепла и уюта, — улыбался он в трубку, когда Ева сказала, что позволила себе некоторые вольности в его интерьере.
 
К слову, уют в квартиру она уже завозила грузовиками и распределяла согласно техническому плану и соответствующей документации. Столько лет всё это копилось внутри одинокой женщины, и сейчас, когда ей развязали руки, горшочек уже не мог не варить.
 
К возвращению Димы от старой квартиры остался только паук возле вентиляции. Ева хотела прогнать и его, но, увидев и без того очумевшие от внезапных перемен восемь глаз, поняла, что лучше не трогать бедное существо и оставить как символ неприкосновенности к чужому имуществу.
 
Жилье Димы отныне выглядело так, словно он уже восемь лет был счастлив в браке, потом разочаровался в нем, а потом стал счастлив уже вопреки. Ева не только занялась квартирой, но и сделала всё, чтобы весь подъезд знал о том, что она новая хозяйка и все вопросы теперь можно адресовать ей. Пусть кольца на пальце пока нет, но это чисто технический момент. Соседи сначала смотрели с подозрением, но потом просто разводили руками: «Мол, как скажете, мы-то чё. Нам всё равно, дело ваше».
 
***
 
В день приезда Димы Ева приготовила настоящий домашний ужин, запаковала свои еще упругие филейные части в нарядную и вульгарную упаковку, расставила по углам благовония и, затемнив новенькое освещение, принялась ждать. Вот какой прием ждал ее Адама! У них тут без всяких кущ свой райский уголок.
 
Дима задерживался. Когда Ева начала чувствовать, что упаковка больно впивается ей в тот угол, ради которого она полгода приседала в спортзале, в замок вставили ключ.
 
— Замок новый, просто толкни, не заперто! — чуть сконфуженно, но при этом томно отозвалась Ева. Она не боялась осуждения. Уж слишком хорошо она поработала с квартирой. Ей всё простят.
 
В момент, когда дверь открылась, Еве пришло внезапное СМС от Димы: «Ты где? Я дома. Смотрю, квартира ничуть не изменилась. А меня друзья пугали, что ты всё косметикой заставишь». Правда, Ева всё равно это сообщение увидела много позже. А пока в квартиру вошли совершенно незнакомые люди в количестве пяти человек: двое молодых людей, два совсем юных школьника и один весьма дряхлый дедушка, который, заметив Еву, моментально приосанился и пригладил остатки седых волос на голове.
 
— Ничего себе, пап, тебя встречают. И нафига тебе этот санаторий был нужен, если дома такой «олл инклюзив»? — первым заговорил молодой человек и тут же получил по шапке от своей, видимо, супруги, за то, что пялится.
 
Ева стояла на пороге с двумя полными бокалами, не в силах сдвинуться с места. Ей хотелось закричать, но она не могла преодолеть ступор.
 
Где-то в углу захихикал радостный паук.
 
— Простите, а в-в-вы к-к-то? — пропищала Ева.
 
— Владелец местного шалаша. А вы, я полагаю, из поликлиники, пришли перевязку делать? Так я вроде сказал, что сам справлюсь, — ответил дедушка, глядя на сексуальный наряд медсестры, в который была одета Ева.
 
— Мда-а-а, Адам Матвеевич, у вас тут прям уют и благодать царят, — заглянула за спину Еве жена молодого человека. — Совсем другое дело, а то как в склепе жили. А вас, девушка, как величать? Не староват ли для вас наш Адам Матвеевич? Хотя, конечно, мужчина видный, со своим жильем…
 
— Е-е-ва…
 
— Вот как! Удачно вы, Адам Матвеевич людей подбираете, ничего не скажешь!
 
Деду, судя по блестящим глазам, тоже всё это казалось удачным стечением обстоятельств.
 
— А г-г-где Дмитрий? — прошептала Ева. От накативших нервов она махом осушила оба бокала.
 
— Я Дмитрий! — радостно поднял руку мальчик лет восьми.
 
— Ты погоди, рано тебе еще Дмитрием быть, — убрала его руку мама и отправила обоих детей с мужем в машину.
 
— П-п-простите, я, кажется, ошиблась квартирой, — начала наконец приходить в себя Ева, вспоминая знакомство с замком. — Это Сиреневая, восемнадцать, квартира двадцать шесть?
 
— Не-а, это Черемуховая, восемнадцать, — потирал руки дед, готовый уже начать распаковывать свой внезапный подарок.
 
— Ну да, — вздохнула трагично Ева, — всегда их путаю. Заходите, располагайтесь, а я пока отойду, мне позвонить надо.
 
Она схватила телефон и улизнула в ванную, где, забаррикадировав дверь, обернулась полотенцем. Тогда-то она и прочла СМС от Димы.
 
«Дим, я скоро буду, я просто в магазине задержалась», — отправила Ева ответ.
 
«Хорошо, жду. Если не сложно, захвати бутылочку вина», — наговорил голосовое сообщение Дима.
 
Вино Ева собиралась принести, но уже в себе. Взяв под мышку коврик и сняв шторку, она дождалась, пока незнакомцы пройдут на кухню, и только после этого вырвалась из ванной. Собрав наспех вещи в пакет, она выскочила из квартиры.
 
— Матвеич, уходит! Любовь сбегает! — доносились Еве вслед голоса любопытных соседей, наблюдавших из приоткрытых дверей.
 
***
 
— Расскажу, но позже, — объяснила свой внешний вид Ева, когда молодой человек открыл ей дверь.
 
Передвигаясь как в тумане, она прошла мимо него, даже не взглянув. Первым делом зашла в ванную, заменила шторку и развернула коврик, а затем прошла в комнату, где упала на диван и проспала до утра, пока весь стресс и вино не выветрились из нее. Проснувшись, Ева увидела, что перед ней незнакомый молодой человек, который ждет объяснений.
 
— Скажите, а какой это адрес?..
 
— Жасминовая, восемнадцать.
 
Александр Райн