Тайна эпидемии: как британский Первый флот изменил судьбу Австралии

 
 

В апреле 1789 года, спустя пятнадцать месяцев после прибытия британского Первого флота, в окрестностях будущего Сиднея разразилась страшная эпидемия натуральной оспы. Она буквально выкосила общины аборигенов племени эора. При этом сами европейские колонисты практически не болели, так как перенесли инфекцию ещё в детстве и приобрели устойчивый иммунитет.
 
Загадочный мор
 
Колонисты обнаруживали тела погибших на пляжах и в прибрежных пещерах Порт-Джексона. Никто не понимал, откуда взялась болезнь. Ведь на кораблях во время долгого плавания случаев оспы не фиксировали.
 

 
Сначала подумали на французскую экспедицию Жана-Франсуа де Лаперуза, которая стояла в Ботаническом заливе в 1788 году. Но сроки не сходились. Если бы французы занесли вирус, вспышка началась бы намного раньше.
 
Версия о макасарских рыбаках с севера тоже не выдерживала проверки. Расстояние в тысячи километров через пустынные территории делало такой путь практически невозможным для инфицированных людей.
 
Опасный груз
 
Ответ оказался «под носом» – в багаже медицинского персонала Первого флота. Главный хирург колонии Джон Уайт и его коллеги привезли с собой запечатанные стеклянные флаконы с высушенными оспенными струпьями. Они нужны были для вариоляции – старого метода прививки, когда здоровым людям вводили материал из созревших пустул больных оспой, чтобы вызвать лёгкую форму болезни и выработать защиту.
 
Флаконы находились прямо в центре нового поселения. Ранее историки утверждали, что это не возможно: вирус не пережил бы 8-месячного путешествия. Но, во-первых, они недооценивали его живучесть в герметичных условиях. А во-вторых, недавние исследования показали, что скорее всего, материал пополняли в пути – в Рио-де-Жанейро или Кейптауне.
 
Как вирус вырвался наружу
 
Точный механизм, с помощью которого вирус из медицинских запасов попал к аборигенам, пока остается предметом бурных дискуссий. Могла произойти и случайная утечка, и кража стеклянных флаконов… И даже преднамеренное использование биологического материала, например, с подарками для аборигенов, исключать нельзя.
 
Важно, что вспышка стартовала именно в районе Сиднейской бухты вскоре после контактов колонистов с местными жителями. Моделирование подтвердило: эпидемия началась именно здесь, а не пришла откуда-то извне. То есть, преднамеренно или нет, вирус принесли именно британцы.
 
Каковы масштабы катастрофы
 
Они ужасны. В районе Сиднея погибло от 50 до 90 процентов местного населения. По новым оценкам, по юго-востоку и вдоль крупных рек могло умереть до 220 тысяч человек. Эпидемия уничтожила целые общины, лишила племена вождей и старейшин. Традиционная социальная структура коренных народов просто рухнула.
 
Прежние цифры численности аборигенов (около 300 тысяч), скорее всего, сильно занижены. Реальное их число до прихода британцев могло составлять 3-5 миллионов. А 300 тысяч – это всего лишь данные подсчета 1930-х годов, полученные после сотни лет болезней и вытеснения.