Полномасштабные войны ведут только люди и муравьи

 
Массовое уничтожение себе подобных выглядит чисто человеческой историей. Но российские биологи заметили странную параллель: среди всего огромного многообразия живых существ к таким действиям склонны лишь люди и муравьи.
 
Секрет – в сверхсложной социальной организации
 
Вопреки стереотипам, способность объединяться в огромные коллективы ведёт не только к взаимопомощи, но и к организованной агрессии. И люди, и муравьи строят огромные коллективы с жёстким разделением ролей и точной координацией. В муравейнике всё доведено до автоматизма: матки, рабочие и солдаты, которые не только охраняют гнездо, но и устраивают спланированные набеги на соседей.
Некоторые виды идут дальше – захватывают чужой расплод и выращивают из него рабочую силу. Такие «рабовладельцы» (около полусотни видов) иногда настолько специализировались, что сами уже не умеют ни кормиться, ни ухаживать за потомством – всё делают захваченные особи.
 
Другие животные до такого не доходят. Волки сбиваются в стаи ради охоты, но глобальных войн с соседними группами не ведут. Крупные приматы устраивают локальные стычки, однако их масштаб не сравнится с тем, что творят люди и муравьи. У последних конфликты могут тянуться месяцами и уносить миллионы жизней. Например, на границах суперколоний аргентинских муравьёв в Калифорнии ежегодно гибнет около 30 миллионов особей.
 
Две стороны сложной социальности
 
Успех муравьёв в эволюции во многом объясняется тем, что насекомые в целом оказались невероятно пластичными. Науке известно порядка двух миллионов их видов, а реальные оценки доходят до десятков миллионов. Для сравнения: всех птиц и млекопитающих вместе – около двадцати тысяч видов.
 
Насекомые научились использовать источники пищи, недоступные почти никому другому. Эта особенность позволила им занять почти все возможные ниши.
 
Но именно у муравьёв пищевая пластичность соединилась с самой сложной социальной организацией среди насекомых. Здесь и возникает прямая параллель с людьми. Способность согласовывать действия огромных групп одинаково хорошо работает и для сотрудничества, и для масштабных столкновений. Поэтому такие конфликты стали возможны только у тех, кто сумел построить самые сложные сообщества – у людей и у муравьёв.