Не изнасиловал!

На одной из тусовок Лена заманила мужчину в номер, и разделась до нижнего белья. Дождавшись, пока его руки понятнутся к стрингам, картинно возмутилась: "я не такая!". Мужчина оделся и ушел, пожав плечами. Лена расплакалась и пришла жаловаться.
 
Все дело в том, что в сексуальной жизни Лена страдала странным недугом – мечтами о принуждении. Мужчина ей представлялся не умным и нежным, а напористым, жестким, и «право имеющим». Остальным, конечно, разрешалось проводить ее до подъезда или заплатить за нее в ресторане тысяч пятнадцать, но дальше - ни-ни!
 
В фантазиях Лены ей не полагалось проявлять инициативу в сексе или даже внятно озвучивать свое согласие. Я уверена, что если бы какой-то порнорежиссер решился снять кино, использовав содержание ее черепной коробки, то оно выглядела бы так.
 
Лена, с выражением отчаянья на лице, лежит на широкой кровати, а ее руки держит железной хваткой брутальный и наглый самец. Лена картинно кричит что-то вроде: нет, я не хочу, нет!!! И немного пинает самца левой ногой. Но только для виду.
 
Это качество очень мешало ей в жизни, начиная с полового созревания. Сначала она терпела рядом с собой какого-то чудилу, но об удовольствии или оргазмах с ним и речи не шло. Рассталась.
 
Потом попыталась сунуться в «тему», то есть в местную тусовку БДСМ-щиков. Тоже не прониклась. БДСМ-щики были люди подкованные, и начали с первых предложений обсуждать с ней запреты, табу, и прочие вещи, которые приличные девушки озвучивать не любят. А также прямо спрашивать, как ее надо пороть и мучить. Лена поняла – не ее. Попробовала провоцировать мужчин, которые казались ей наиболее отбитыми. Намекала, давала авансы, садилась на коленки. Нарочно, как самая отмороженная профурсетка, накручивала бешенные суммы в ресторанах – вдруг потащат расплачиваться. Не тащили. Вздыхали, платили, и не звонили больше.
 
Начала одеваться броско, вызывающе, в стиле «из парижского борделя сбежала мадам». В детстве читала, что мужчины таких насилуют и принуждают к сексу. Не помогло. Мужчины не пытались, зато женщины стали делать гадости и сплетничать за спиной. Когда одна из них налила ей в раздевалке воду в туфли, прекратила.
 
Один раз даже села в таком виде в машину к трем парням с узким разрезом глаз и монгольскими скулами. И попросила отвезти ее в гостиницу. Так эти злодеи прикрыли ее курточкой, сказали: девушка, будьте осторожнее, и доставили домой в целости и сохранности. Поднимаясь по лестнице, зло плюнула в подъезде.
 
- Лена, солнце мое, они же боятся! – уговаривала я ее как-то «под рюмочку». Ну ты хоть в смс намекни: хочу вот так. Чтобы понимал человек, что он закон не нарушает. Случаев то сколько, чуть не каждые полгода скандал на вписке. Люди же садятся за это.
 
- Не могу я так! Пусть сам догадается! – зло ответила Лена. Так, наверное, до сих пор и ходит недовольная.
 
А все потому, что говорить надо!